Тула новорожденного ожоги

В Туле суд признал виновной врача по делу об ожогах младенцев, но применил амнистию

МОСКВА, 11 апреля. /ТАСС/. Центральный районный суд Тулы признал виновной в халатности бывшего врача роддома №1 Тулы 70-летнюю Галину Сундееву за ожоги, причиненные двум новорожденным во время процедуры фототерапии.

Приговором суда Сундеевой назначено наказание в виде трех лет лишения свободы, но в соответствии с актом амнистии она освобождена от наказания, сообщили ТАСС в пресс-службе СК РФ.

«Вечером 19 ноября 2014 года во время сеанса с фототерапии мальчику трех дней и девочке двух дней от роду произошло возгорание их кроватей, в результате чего они получили ожоги. Как установило следствие, проведенное СК, хотя на пульт дежурного оператора поступило сообщение о сработавшей пожарной сигнализации в родильном отделении, дежурный врач, в нарушение инструкций, лишь направила туда сотрудницу, а сама сообщила диспетчеру об отсутствии пожара и попросила другую сотрудницу переустановить пожарную сигнализацию», — рассказали в пресс-службе.

В результате допущенных нарушений, по данным СК, в одной из палат своевременно не был установлен и ликвидирован пожар, произошедший из-за воспламенения ткани, находившейся на лампе для фототерапии, вследствие чего в двух кроватках, в которых находились новорожденные, загорелись пеленки и матрацы. Мальчику были причинены ожоги 3-ей степени на площади около 75% поверхности тела, а также ожог верхних дыхательных путей, что является тяжким вредом здоровью, девочке — ожоги 2-3 степени общей площадью 7% (средняя тяжесть вреда здоровью).

В основу обвинения легли показания более 80 свидетелей, эксперта, заключения шести экспертиз.

Ранее в отношении одной из сотрудниц роддома, обвинявшейся в причинении тяжкого вреда по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, уголовное преследование было прекращено по амнистии.

У Матвея, получившего ожоги в роддоме, появилась мама

В пятницу суд Тулы вынес решение по делу, за которым наблюдала вся страна. У маленького годовалого Матвея, получившего тяжелейшие ожоги, наконец появится настоящая мама. Ей стала москвичка Светлана.

У Матвея, получившего ожоги в тульском роддоме, наконец появилась мама – москвичка Светлана. У женщины есть и свои дети, но она готова обеспечить приёмному мальчику необходимое лечение. И самое главное — подарить заботу и любовь, которых он не знал с рождения, передает «ТВ Центр».

В ноябре 2014 года, когда ребёнку было несколько дней отроду, по недосмотру персонала роддома, он несколько минут находился под вспыхнувшей лампой фототерапии. Ожоги составили более 70 процентов тела. Медикам чудом удалось спасти кроху. Ребёнок перенёс уже более 10 операций. Родная мать неоднократно отказывалась от пострадавшего малыша. Но была одной из претенденток в судебном процессе. Также усыновить Матвея хотела ещё одна москвичка. Но тоже поменяла решение и заявление отозвала. В ближайшее время мальчику предстоит перенести очередную операцию, а потом он из больницы с мамой Светланой поедет домой.

Страсти Матвея

Во время пресс-конференции Владимиру Путину задали вопрос о судьбе годовалого Матвея Захаренко из Тулы. Ребенок родился здоровым, но государство сделало его калекой. В роддоме младенец получил ожог 75 процентов поверхности тела и ожоги внутренних органов. Из-за тяжких увечий от него отказалась мать, но о ребенке узнали волонтеры, и у него появился шанс обрести семью. Больше месяца в соцсетях и органах опеки идет борьба за мальчика. Общественники опасаются, что тульские чиновники собираются назначить ему «карманных» усыновителей, которые не будут требовать компенсаций и судиться с местной властью. Но когда уляжется шумиха, никому не нужный малыш может оказаться в интернате для инвалидов. 22 декабря в Туле намечено первое судебное заседание по делу об усыновлении.

Левая рука заканчивается культей. На изуродованных шрамами ногах — нет пальчиков. Щеки вместо румянца покрывают ожоговые рубцы. Еще недавно у годовалого мальчика не было носа. Врачи подобрали ему протез. Днем он крепится специальным клеем. А на ночь убирается. Позже, когда ребенок подрастет, — можно подумать о пластических операциях.

Матвей Захаренко родился 16 ноября 2014 года в Центральном роддоме Тулы. Вес — три килограмма, без патологий, как скажут его матери. У мальчика обнаружили желтушку, которая бывает у многих новорожденных. Как и полагается в таких случаях, прописали сеансы фототерапии. Во время одной из процедур, 19 ноября, медсестра занавесила лампу пеленкой и ушла. Прибор взорвался, сработала пожарная сигнализация. В роддом позвонил дежурный МЧС, но дежурный врач отделения заверила, что у них все хорошо. И выключила тревожную кнопку. Матвей горел 12 минут, пока ему не пришли на помощь. В московском ожоговом центре имени Сперанского, куда трехдневного ребенка экстренно доставили, констатировали: у пациента обгорело 75 процентов тела и 15 процентов внутренних органов. Особенно пострадали дыхательные пути. Младенец мужественно перенес десятки операций. И вопреки прогнозам — выжил.

Отца у Матвея с самого начала не было. 19-летняя мать долго металась. И в апреле 2015 года отказалась от сына. Волонтеры не любят говорить об этой женщине. Но все же просят ее не осуждать.

«Катерина в невменяемом психологическом состоянии, — объясняет автор фильма о сиротах «Блеф, или с Новым годом!» Ольга Синяева, работающая сейчас в ресурсном центре семейного устройства. — С самого начала ни у кого она поддержки и сочувствия не получила — ни у родственников, ни у чиновников. Возможно, врачи на нее надавили. Всем ведь известно, как они могут разговаривать. Она объясняет, что отказ был условием отправки Матвея на реабилитацию за границу».

За лечением ребенка в московской клинике имени Сперанского наблюдали представители благотворительных фондов. На первых порах волонтеры не беспокоились о его судьбе. Тем более что в июле уполномоченный по правам ребенка в России Павел Астахов заверил, что у мальчика скоро будет семья. Ему уже назначен опекун. В августе Матвея отправили домой в Тульскую больницу на реабилитацию: «отдохнуть» от проведенных операций и подготовиться к новым.

Но когда в октябре ребенок вернулся в Москву, волонтеры его не узнали. Матвей не реагировал на человеческую речь и все время мотал головой.

Материалы по теме

Бедная Саша 5 лет спустя

«Не нужно быть врачом, чтобы понять: если затылок у ребенка приплюснут, как сковородка, значит малыш все это время лежал на спине, на руки его никто не брал и даже не переворачивал, — объясняет Ольга Синяева. — Если мальчик не реагирует на речь — значит с ним никто не общался. Сколько раз мы видели эти яктации (мотания головой, — прим. «Ленты.ру») у детей-сирот, столько раз понимали — это их немой крик, это их «Нет!» вранью взрослых о том, что детям созданы все условия и все у них хорошо».

Выяснилось, что в Туле в качестве опекуна ребенку была выбрана многодетная мать, воспитавшая и вырастившая 37 приемных детей, Наталья Сарганова. В ее репутации и заслугах никто не сомневался. Однако волонтеры поставили вопрос — хватит ли сил 56-летней женщине поднять столь тяжелого ребенка. Ведь теперь уже ясно, что Матвей как минимум до 18 лет будет нуждаться в постоянном уходе и реабилитации. Такому мальчику все же нужна мама, а не место в семейном детдоме, пусть даже в самом хорошем и передовом. Возможно, Сарганова и сама сомневалась в своих силах. Во всяком случае полного комплекта документов, необходимых для оформления опеки, в соответствующие органы она так и не представила.

Материалы по теме

«Я не хочу мериться детским несчастьем»

В социальных сетях распространился эмоциональный пост о судьбе ребенка, подписанный Ольгой Синяевой и актрисой, учредителем благотворительного фонда «Обереги жизнь» Ольгой Будиной. В открытом письме говорилось о волонтере Наталье Тупяковой, которая еще в июне выразила желание забрать малыша. У женщины трое детей: две приемные девочки-инвалиды и родной сын. По образованию Наталья — медсестра. Волонтеры рассказывают, что она буквально поставила на ноги девочек. У одной из них тяжелая форма ДЦП. Сотрудники детдома предупреждали, что этот «ребенок-Маугли» никогда не сможет говорить. Девочке было два года, когда Тупякова взяла ее в семью. Сейчас она ходит в школу.

За последние полгода тульские органы опеки под формальными предлогами трижды отказывали Тупяковой в опекунстве Матвея. Других кандидатов при этом в ведомстве не было. Анкету мальчика просматривали пять потенциальных мам. Но взвесив предстоящие тяготы, не решились взять на себя ответственность за малыша.

Хэштег «Не прощай, Матвей» сразу же набрал сотни перепостов. В соцсетях возникли одноименные группы. Под петицией в защиту Матвея подписались более 300 тысяч человек.

Тульские власти, в свою очередь, ответили, что Матвей ни в чем не нуждается и находится на полном гособеспечении. Затем с заявлениями выступила тульский уполномоченный по правам ребенка Наталья Зыкова. Она заверила, что малыш перекладывает из руки в руку мячик и «весело гулит». Как он может это делать — непонятно. Ребенок до сих пор дышит через специальную трубку, вставленную в горло, — трахеостому.

Ознакомьтесь так же:  Грибок кандида в кишечнике лечение

В министерстве здравоохранения Тулы в свою очередь опровергли информацию о том, что по факту пожара никто ответственности не понес. Причастным к делу врачам объявили выговор. Против медсестры, проводившей процедуру, возбудили уголовное дело, но в связи с амнистией — прекратили. Никого из замешанных в истории медицинских работников в роддоме уже нет. Где они — не сообщается. Известно лишь, что заведующая отделением роддома, где случилась трагедия, Ольга Зайцева на следующий день после пожара ушла в политику. Назначена председателем комитета по социальной политике Тульской областной Думы.

Заместитель главы представительства Тульской области при правительстве РФ Евгения Шохина написала в Facebook, что поднимет на уши всех, чтобы спасти несчастного сироту. Пообещала в случае необходимости устроить Тупякову на работу. И лично сопроводить ее в опеку Тулы для подачи документов. Через несколько дней во время эфира ток-шоу на «Первом канале» Шохина всех удивила новостью: на нее вышли еще кандидаты, более «ресурсная» московская семья. Документы у Натальи Тупяковой на опеку тульские чиновники снова не приняли. И пояснили, что предпочтение отдано некоей Светлане из Москвы, подавшей заявление на усыновление. По закону — это приоритетная форма устройства сирот. Формально к чиновникам вроде бы не подкопаешься. Хотя Тупякова позже также подготовила бумаги на усыновление, сейчас ее поставили в «очередь» на малыша.

У себя на странице в Facebook Евгения Шохина поблагодарила всех за внимание к проблеме. Но общественность забурлила с новой силой. Посыпались неудобные вопросы тульской администрации: каким образом третий кандидат физически смог за две недели, не давая взяток, собрать необходимый пакет документов? Одну лишь школу приемных родителей, обучение в которой требует закон, меньше чем за два месяца не окончишь.

Вскоре неизвестная Светлана создала интернет-страничку о-матвее.рф, пообещав рассказывать там все новости. Как выяснили активисты, портал был расположен на домене Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), где та же Шохина возглавляет бизнес-школу. Вначале таинственная Светлана согласилась пообщаться с волонтерами и убедить их в чистоте своих намерений. Но потом ушла в подполье. Заблокировала сайт, перестала отвечать на звонки.

Вместо того, чтобы как-то объяснить подозрительные нестыковки, Евгения Шохина обвинила волонтеров в ангажированности, и в том, что они используют ситуацию для личного пиара. Всех критиков заблокировала в своем профиле Facebook и сменила аватарку на картинку с надписью: «Мозги 5 штук. Порадуй себя и близких».

В Москве, Санкт-Петербурге, Казани, Красноярске, Воронеже, Праге, Нью-Джерси, Амстердаме, Осло прошли пикеты и митинги. «Матюша стал символом борьбы людей и системы, — говорит одна из активисток, Мария Юшина. — Я очень миролюбивый человек. Но ощущение, что мне лично плюют в лицо и вытирают ноги о мое мнение! Слишком много нестыковок в этой истории. И у нас нет основания доверять тульским властям. Надо же было так довести обычную российскую маму. Смотрю на своего четырехмесячного сына — и понимаю, что нельзя это все так оставить, в этой стране ему еще жить».

В социальных сетях не утихает флешмоб — люди размещают снимки с плакатами в руках «Не прощай, Матвей!». Многие сочиняют стихи и монтируют ролики. Активисты атаковали приемную президента с требованием обратить внимание на мальчика, которого государство сделало инвалидом. На всякий случай написали даже Патриарху Кириллу. В качестве альтернативной меры время от времени устраивают коллективные молитвы о здравии и благополучии ребенка.

«Я пока в растерянности и очень угнетенном состоянии, — говорит один из кандидатов в усыновители Наталья Тупякова. — Рассчитывала бороться с диагнозами детей, но никак не с властями. Где гарантия, что это не каприз богатой дамы, который через полгода угаснет, или что это никак не связано с тульскими интригами? Можете поручиться, что там ему будет лучше, навсегда? Разумеется, если я буду уверена, что Моте будет лучше в другой семье, с болью, но отдам его. Пока он не успел привязаться ко мне как к матери, мои чувства второстепенны».

Смерть — хороший выход

Интересы Натальи Тупяковой в суде будет представлять адвокат Александр Голованов. У него богатый опыт работы с сиротами. Совсем недавно, в середине декабря, Верховный суд удовлетворил жалобу юриста по поводу дела четырехлетней воспитанницы детдома в Приморском крае Эльвиры. Из-за патологии рук от ребенка при рождении отказались родные. О малышке узнала семья Бейсеновых, больше десяти лет назад эмигрировавшая в ФРГ из России. Под предлогом того, что в Германии разрешены однополые союзы, и теоретически, если Бейсеновы разом умрут, Эля может оказаться в гомосексуальной семье, Приморский краевой суд в усыновлении отказал. В России других желающих взять девочку не было. В пять лет ребенка собирались перевести в дом инвалидов. Верховный суд защитил права ребенка. Новый год Эля встретит с мамой и папой. Активисты надеются, что и в деле Матвея удастся добиться правды.

«Тульская история запутанная. Наверняка там замешаны корпоративные интересы. Речь идет не только о том, кто будет родителем. Этот случай настолько одиозный, что его надо тщательно расследовать. Следует установить вину как государства в целом, так и конкретных лиц. Каким образом ребенок мог заживо сгореть? Какова ответственность руководства родильного дома? Какое наказание понесли руководители тех работников, что там были? Все это должно рассматриваться в открытом, гласном процессе. Боюсь, уголовное дело об этом преступлении будет слушаться в закрытом режиме. В результате обвиняемые получат условные сроки и пойдут гулять. Если вообще чего-то получат.

Косвенно можно предположить, что чиновники пытаются назначить своего усыновителя и тем самым замять историю. Непонятно, будут ли никому не известные родители действовать в интересах Матвея. Непонятна судьба мальчика. Если ребенок вдруг умрет, это станет самым замечательным выходом из ситуации для многих.

Людей напрягает то, что все делается в тайне. Опека принимает решение, которое нельзя проверить. Я не говорю, что Наталья Тупякова хорошая, а все остальные плохие. Об этом нет речи. Но общественности и мне, как юристу, неизвестно, какие документы предоставил другой усыновитель. В них ведь может быть все что угодно. Мы прежде всего хотим проследить, нет ли в этом деле сговора заинтересованных лиц», — резюмирует адвокат.

P.S. После выхода материала, редакция «Ленты.ру» получила ответ за подписью начальника территориального отдела по Туле министерства труда и социальной защиты Тульской области Ольги Большаковой, в котором даются разъяснения некоторых фактов. С сокращениями мы цитируем выдержки из письма.

«С первых дней трагедии Матвей находится под постоянным наблюдением и контролем высококвалифицированных медицинских работников. Главный врач больницы ГБУЗ «Детская городская клиническая больница номер 9 им. Г.Н. Сперанского» Корсунский А.А. в ответе на письмо правительства Тульской области от 19.11.2015 года о состоянии ребенка в момент возвращения в московскую клинику после адаптационных и реабилитационных мероприятий в ГУЗ ТО «Тульская детская областная клиническая больница» не подтверждает факты о неухоженности и запущенности малыша в период нахождения в лечебном учреждении Тулы.

. Мать Матвея Екатерина Захаренко с декабря 2014 года находилась на обслуживании в государственном учреждении социального обслуживания населения Тульской области «Кризисный центр помощи женщинам». От неоднократно предлагаемой ей психологической помощи Екатерина Михайловна отказалась в категоричной форме.

После того, как 03.08.2015 года мать Матвея Екатерина Захаренко отозвала свое согласие на усыновление от 13.04.2015 года, ни одно из оснований для прекращения учета сведений о ребенке в региональном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей (. ) не могло быть применено. В связи с этим территориальный отдел по городу Туле обратился в суд, который 20.10.2015 года удовлетворил заявление органа опеки об установлении факта оставления несовершеннолетнего без попечения родителей. Решение суда вступило в законную силу 21.11.2015 года. С этого момента у органа опеки появилось основание и законная возможность для передачи ребенка кандидатам в замещающие родители. В период с 27.11. 2015 по 02. 12.2015 года поступили три заявления от российских граждан (один — житель Тулы, двое — жители Москвы), желающих взять Матвея на воспитание в свою семью. При этом один из кандидатов подал документы на передачу ребенка в приемную семью, второй — на предварительную опеку, третий — на усыновление. Поскольку. усыновление — приоритетная форма устройства ребенка в семью, было принято решение в пользу кандидата из Москвы, предоставившего полный пакет документов на усыновление.

Никаких препятствий Наталье Тупяковой не чинилось. Напротив, давались четкие объяснения и рекомендации. Удовлетворить требования о постановке на учет в качестве кандидата в опекуны не предоставлялось возможным, так как она не имела заключения о возможности быть опекуном (выдается органами опеки по месту жительства. В данном случае — Москвы).

В настоящее время в суде на рассмотрении находятся два заявления от разных кандидатов, желающих усыновить Матвея Захаренко. Сведения о кандидатах не могут распространяться без их согласия в целях соблюдения нормы статьи 23 Конституции РФ, провозглашающей право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и недопущения угрозы разглашения тайны усыновления».

История Матвея: как живет получивший страшные ожоги в роддоме ребенок

Его приемная мама делится новостями о жизни мальчика

Приемная мама Матвея – ребенка, получившего сразу после рождения страшные ожоги в тульском ЦРД, – делится новостями о жизни мальчика. Она рассказала, что у нее не всегда есть время оперативно писать новости для сайта, но не стоит волноваться. Сейчас Матвей проходит плановые процедуры и готовится отдохнуть летом.

Ознакомьтесь так же:  Диагностика контактного дерматита

Всем привет от администрации сайта. К сожалению, у мамы Матвея не всегда удается оперативно писать что-то для сайта и это понятно. Люди, которые много работают, не всегда могут найти в себе силы и время, чтобы сесть и осмысленно написать несколько строк текста. Ведь их прочитают тысячи людей, а это заставляет серьезно отнестись к их написанию и выделить чуть больше, 5 минут как многим может показаться )) Но это не означает, что надо волноваться и что что-то не так. Все в порядке. Поэтому, пишем вам мы. Матвей проходит все плановые процедуры и готовится отдохнуть летом. Особых каких то новостей нет, просто все хорошо. Спасибо всем за то, что не забываете Матвейку!

История Матвея

Напомним, о чуть не сгоревшем заживо в роддоме ребенке вся страна узнала в 2014 году.Трагедия произошла спустя 3 дня после рождения малыша. Тогда во время фототерапии в палате для новорожденных произошел пожар. Сотрудника роддома оставила детей без присмотра, накинув на лампу сушиться пеленку. Лампа взорвалась, а горящая ткань упала на детей. Фактически они заживо горели около 10 минут. Мальчик Матвей пострадал больше всего – у него оказались обожжены 70 процентов тела, еще одна девочка получила ожоги 10 процентов тела.

Заведующая родильным отделением Галина Сундеева тогда попала на скамью подсудимых. После процесса, длившегося 3,5 месяца, ее приговорили к трем годам лишения свободы без права занимать организационно-распорядительные должности. Однако наказания Галина Сундеева не понесла. Ее амнистировали в связи с 70-летием Победы прямо в зале суда. Но даже после вынесенного приговора осужденная своей вины не признала.

После трагедии настоящая мама Матвея отказалась от ребенка. Тогда начались поиски приемных родителей. Свои кандидатуры предлагали многодетная мать из Тулы Наталья Сарганова и москвичка Наталья Тупякова и еще одна долго остававшаяся безымянной москвичка. Только потом журналисты узнали, что ее зовут Светланой. В генеральную прокуратуру и следственный комитет России обращался тогдашний уполномоченный по правам ребенка при президенте Павел Астахов.

Поддерживали разных «потенциальных мам» многие. Например, актриса и режиссер Ольга Будина встала на сторону матери троих детей, в том числе двух приемных детей-инвалидов, Наталью Тупякову. Режиссер и многодетная мать Ольга Синяева также принимала активное участие в судьбе ребенка.

Суды

Родителей Матвею искали через суд. Процесс длился 1,5 месяца. Причем за закрытыми для журналистов дверями потенциальные мамы проводили по 10 часов. На суд приезжала и биологическая мать Матвея – Екатерина Захаренко. Появилась информация, что она хочет оставить ребенка себе. Процессы несколько раз переносили. Потенциальных усыновителей и биологическую мать Матвея обязали пройти психолого-психиатрическую экспертизу. Параллельно пострадавший ребенок находился в больнице – ему делали операции на ручках.

На последнее заседание – 12 февраля 2016 года – биологическая мать не пришла. Не явилась и москвичка Светлана – она была с малышом на операции. Однако спустя 4,5 часа после начала в зале суда стало ясно, что именно Светлана станет приемной мамой Матвея. Вторая кандидатка просто забрала заявление.

Семья Матвея

Но и после усыновления за жизнью Матвея следила практически вся страна. У малыша появился сайт, который ведет его приемная мама. В июне 2016 она рассказала, как семья провела каникулы. Мальчик впервые полетал на самолете и искупался в море. После был опубликован пост, что Матвей любит играть в прятки и футбол. Также ребенок перенес множество операций. Теперь он может жить без трубок и катетеров, спать на животе.

Обгоревший в роддоме Тулы малыш успешно проходит реабилитацию

МОСКВА, 16 дек — РИА Новости. Мальчик Матвей, получивший ожоги 75% тела в ноябре прошлого года в родильном доме №1 Тулы, успешно проходит реабилитацию, об этом на брифинге рассказали врачи столичной больницы №9 имени Г.Н. Сперанского, где ребенок проходит лечение.

Несчастный случай произошел в родильном доме №1 Тулы в ноябре прошлого года. Во время сеанса фототерапии в палате новорожденных загорелась лампа, огонь перекинулся на детские кровати, в которых лежали два младенца. В результате мальчик Матвей получил ожоги 75% поверхности тела, а лежащая рядом девочка — 10%.

«Я не говорю, что Матвей выздоровел, но те результаты, которые есть, мы ими гордимся. Мы были не одни — в лечении принимали участие практически все выдающиеся специалисты Москвы, мы привлекли сразу всех, кто ему был необходим для лечения», — сказал главный врач больницы №9 Анатолий Корсунский.

Врач также поблагодарил коллег из тульской областной больницы, которые научили Матвея правильно кушать, адекватно реагировать на прогулки и на смену обстановки.

«Многие тысячи людей пишут нам письма с предложениями о помощи, спасибо им всем большое. Самое главное для Матвея сейчас — обрести маму, которая будет отвечать за его дальнейшую судьбу. Мы готовы предоставить матери план лечения и согласовать с ней тактику, как он будет наблюдаться, в каком учреждении. Мы надеемся, что она примет решение, что это будет наша больница», — сказал Корсунский.

Врачи уточнили, что в конце этого — начале следующего месяца ребенка могут отпустить домой, так как в экстренной медицинской помощи в данный момент Матвей не нуждается.

«В течение двух с половиной месяцев проведено консервативное лечение тех последствий, которые у его возникли после тяжелой ожоговой травмы», — отметили врачи.

По их словам, на сегодняшний день Матвей научился сидеть, держать голову, хорошо двигать верхними и нижними конечностями, что в его состоянии — большой шаг вперед. Он научился держать игрушки той кистью, где сохранены четыре пальчика, он хорошо реагирует на окружающих, отлично реагирует на мужской голос. Кроме того, он хорошо прибавляет в весе.

«У Матвея аппетит практически здорового ребенка, он ест практически все продукты, которые предназначены для детей этого возраста. Естественно, ему предстоит еще большое количество оперативных вмешательств», — заключили врачи.

«Сгоревшего заживо» младенца из Тулы требуют отобрать у одной приемной мамы и отдать другой

15 декабря 2015 0:31 375

Матвей постепенно идет на поправку. Фото: СОЦСЕТИ

Эта шокирующая история случилась около года назад. В тульском роддоме врачи по халатности едва не сожгли заживо новорожденного младенца. Маленький Матвей проходил лечебную процедуру — его положили под лампу для фототерапии. Сверх на лампу вопреки элементарным правилам безопасности зачем-то накинули пеленку. Когда начался пожар никого из медперсонала в боксе не было. По данным следствия огонь пожирал Матвея 12 минут, пока на истошный детский крик не прибежала медсестра. Матвей получил ожоги 70 процентов тела и внутренних органов. Лицо его полностью сгорело. С такими травмами не выживают, но врачам ожогового отделения удалось совершить чудо.

Но несчастья Матвея на этом не закончились. 19-летняя мама мальчика отказалась от него. Тогда искалеченного ребенка решила взять Наталья Сарганова. Это легендарная личность в Туле , она вырастила 2-х своих и 35 приемных детей. Наталью Сарганову за материнский подвиг награждал государственными наградами президент Путин . Была Сарганова и победителем конкурса «Родительский рекорд», в организации которого принимала участие «Комсомолка». Затем помочь Матвею решила другая мама — москвичка Наталья Тупякова. У нее не такой большой опыт в воспитании приемных детей (она поднимает троих), но Наталью поддержал благотворительный фонд актрисы Ольги Будиной , вокруг которого объединились деятели искусства.

Однако органы опеки Тулы отдали ребенка не Саргановой. И не Тупяковой . Право усыновить Матвея (в случае с Саргановой и Тупяковой речь об усыновлении не шла) получили родители из Москвы , их фамилия, как принято в таких ситуациях, не называется.

В ответ на это решение сторонники Будиной подняли в соцсетях настоящую волну народного гнева. Органы опеки решили погубить Матвея! — убеждены они. Досталось и Наталье Саргановой, которую записали в «неправильные» мамы. Якобы ребенка ей навязали тульские власти, а она сама не хочет и не может «дать малышу настоящей материнской заботы».

В выходные в соцсетях появилось видеообращение к президенту Путину актрисы и телеведущей Алены Хмельницкой. От имени неравнодушных людей Алена просила главу государства лично вмешаться в процесс усыновления.

Обращение Алёны Хмельницкой к президенту В.В. Путину

Вскоре появилось заявление уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова . Детский омбудсмен обратился в Генеральную прокуратуру и Следственный комитет с просьбой разобраться и привлечь к ответственности виновных. Если, конечно, обнаружится, что права ребенка и кандидатов в приемные родители действительно нарушаются.

В сети, тем временем, организовался новый флеш-моб. Пользователи уговаривают журналистов, которые аккредитованы на традиционную итоговую пресс-конференцию президента России , задать Путину «один по настоящему важный вопрос. То есть заставить тульских чиновников отдать Матвея не в формальную приемную семью, а женщине — Наталье Тупяковой».

Праведный гнев, как мы знаем, штука увлекательная. И страшная. Особенно тем, что зачастую благородная ярость обрушивается на тех, кто совершенно этого не заслуживает. Но выясняется это обычно уже задним числом. Мы решили разобраться в этом деле. Действительно ли Матвей попал в руки врагов народа? И для начала поговорили с Натальей Саргановой, которая одна из немногих знает ситуацию изнутри.

«УСЫНОВИТЬ МАТВЕЯ ЗАХОТЕЛА ТОЛЬКО ОДНА СЕМЬЯ»

Ознакомьтесь так же:  Сыпь при брюшном тифе появляется на

— Наталья Васильевна, почему Матвея не отдали ни вам, ни Наталье Тупяковой?

— Там ситуация очень простая. Матвея хотели забрать три мамы. У каждой из нас разные виды устройства детей. Я подавала документы на приемную семью, когда еще никаких кандидатов не было. Наталья Тупякова хотела оформить опекунство, она была второй в очереди. Но по нашему законодательству приоритет отдается такой форме, как усыновление, потому что у ребенка появляется совершенно другой статус. Он будет обладать такими же правами, как и кровный ребенок. Поэтому когда появились люди, готовые усыновить Матвея, мальчика совершенно логично отдали им. Я за ребенка не боролась, войну никому не объявляла. Для меня главное, чтобы малышу было лучше.

— Писали, что вы воспитываете три десятка детей и за Матвеем в этой ситуации некогда было бы доглядывать

— Я о себе много интересного прочитала в последнее время. Да, у меня 37 взрослых детей. И внуки есть. Уже не я им, а они мне помогают. Конечно, я с ними советовалась и они меня поддержали в решении взять Матвея. На самом деле сейчас у меня под опекой двое несовершеннолетних — 15 и 14 лет. А у Натальи трое маленьких детей, двое из них инвалиды. Кому из нас было бы сложнее доглядывать не берусь судить.

— Но Ольга Будина говорит, что они бы через благотворительный фонд помогали Наталье Тупяковой.

— Я знаю, разговаривала и с Будиной, и с Синяевой. Они настаивают, чтобы Наталья взяла этого ребенка. Готовы ей помогать. Но тоже политика у них странная. Спрашиваю: а если с Саргановой ребенок останется — будете помогать? Нет, не будем! Но ребенок-то тот же самый (смеется — авт.)

Пользователи требуют отдать Матвея Наталье Тупяковой Фото: СОЦСЕТИ

МАЛЬЧИКУ СДЕЛАЮТ НОВЫЙ НОС

— На вашей памяти было когда-нибудь, чтобы за сложного, искалеченного ребенка развернулась такая нешуточная борьба?

— Честно говоря, впервые такое вижу. Мне трудно понять. Особенно после того, как выяснилось, что Наталье предлагали 11-летнюю девочку, тоже обожженую. Ее из детдома привезли, у нее ладошек нет, но она как-то исхитрилась: научилась вышивать, поет в музыкальной школе. То есть у этого ребенка со здоровьем все гораздо лучше, но Наталья отказалась ее взять. Мои дети взрослые говорят: мама, раз уж так получилось давай мы ее себе заберем.

— Когда вы последний раз Матвея видели?

— Неделю назад. Я же с ним лежала в Москве два последних месяца. Ухаживала за ним в больнице, мне его очень жалко, я к нему очень привыкла. Но не во мне дело.

— А писали, что Матвей там один и никого рядом нет.

— Я не знаю зачем люди это пишут. Они, конечно, творческие личности, привыкли из всего делать шоу. Поймите, мы же не в безвоздушном пространстве живем. Есть же врачи, медсестры, куча народу в больнице, которые видели и знают как Матвея выхаживают. С ним же нужно постоянно заниматься. Кормление — специальное, он кушает только с ложечки. Сейчас, как взрослый, несколько ложек кушает сидя. Только закончили — нужно делать гимнастику, потом упражнения на мяче. Затем он обязательно должен отдохнуть, поспать. Потом специальные движения на руках у взрослого, чтобы он начинал чувствовать свое тело.

— Что врачи говорят: можно будет Матвею восстановить лицо?

— Дело постепенно идет на поправку. У него шовчики уже разглаживаются, лобик стал ровненький, хороший. Планируется носик сделать. Пока это протез будет, но в перспективе сделают настоящий. Намечен план реабилитации и дальнейшего хирургического лечения: собираются делать операции на левой ручке и на ножке.

— Сможет ли чисто физически Матвей стать обычным мальчишкой?

— У меня был похожий случай: мальчик-инвалид с ожогами 50 процентов тела. Левая сторона лица сожжена, к сожалению, один глаз врачам так и не удалось сохранить, его заменили протезом. Сейчас он уже взрослый мужчина, окончил техникум, женился, электриком работает. Думаю, у Матвея будет все хорошо, потому что наука идет вперед и сейчас существуют методы лечения, которые тогда были недоступны. К Матвею врачи очень хорошо относятся, потому что к этому ребенку невозможно относиться как-то иначе. Понимая весь ужас, который он пережил.

— Сейчас Матвея выписывают из ожогового центра и куда он отправляется?

— Домой в новую семью. Слава Богу, что такая семья нашлась.

— Вы с усыновителями знакомы?

— Нет. У нас существует тайна усыновления. Ревности не испытываю, хотя пять с половиной месяцев сама была кандидатом в приемные родители Матвея. Все время находилась рядом: либо были вместе в больнице, либо навещала. Почему я должна не доверять решению опеки и суда? Я знаю, что Матвея усыновила полная семья, там есть и мама и папа. А для мальчишечки это очень много значит, когда папа рядом. Разве можно это не учитывать? Знаю, что там с жильем все в порядке и финансово семья обеспечена. Наталья все же живет на съемной квартире. Это, конечно не предлог, чтобы не давать ребенка. Но кто знает, что решит через какое-то время хозяин жилья.

«ЗАЧЕМ ТРАВИТЬ НОВЫХ РОДИТЕЛЕЙ?»

— То что к выбору усыновителей подключились деятели искусств, появилось видеообращение к президенту, а детский омбудсмен Павел Астахов подключил прокуратуру и следственный комитет — это помогает решить проблему мальчика или, наоборот, запутывает дело?

— Вся эта шумиха только вредит ребенку. Это же не реалити-шоу. Сейчас все взрослые, кто находится рядом с Матвеем — все на нервах. Была в больнице, врачи говорят: это невозможно — работать не дают! А зачем усыновителей травить начали? Они в чем виноваты? И есть вещь, которая лично меня сильно коробит: зачем они эти страшные фотографии Матвея распространяют в сети? Я не думаю, что ребенок, когда повзрослеет, скажет «спасибо», что его изуродованное личико демонстрировали везде, где могли.

— Теперь для вас эта история позади.

— Да, но мне немножечко больно и обидно из-за того, что обо мне понапридумывали. Прочитала: «Разве можно Саргановой детей давать, если у нее девочки 13-летние на дому рожают!» Хотя дело было так: мне из роддома позвонили, говорят: «Девочке 14-летней с ребенком некуда идти. Она из деревни, где нет воды и печка по черному топится. А мать пьющая. » Я ее к себе забрала. Девочку теперь по всему интернету полоскают. А как у нее ребенок появился? Над ней надругались, она трагедию перенесла, но от ребенка не отказалась. Она читает эти вещи — у нее слезы в глазах стоят. И мне в глаза ей стыдно смотреть. Почему люди такие озлобленные?

P.S. На днях в Туле начался суд над врачами, по вине которых был искалечен Матвей. «Комсомолка» будет внимательно следить за развитием событий.

МНЕНИЕ

Алена Хмельницкая: «Хочу, чтобы Матвей обрел любящую семью»

Мы позвонили актрисе, чье очень эмоциональное обращение к президенту за несколько дней посмотрело в YouTube более двадцати тысяч человек.

— Вы знаете, я не юрист, я подключилась к этой истории просто как неравнодушный, переживающий за Матвея человек. Для меня здесь главный принцип — не навреди. Насторожило следующее: для усыновителей предусмотрен огромный пакет документов, который нужно долго собирать (подробности)

ВЗГЛЯД С ШЕСТОГО ЭТАЖА

Анатомия одного заблуждения

Разбор этой истории много может рассказать об устройстве души русского человека. Такие общественные движения зарождаются на основе простого и понятного человеческого чувства. Потому что глядя на Матвея, сердце обливается кровью, и ты с одной стороны хочешь помочь, а с другой — наказать виновных. И таких людей много. Энергичнее всего себя проявляют граждане, которые абсолютно искренне хотят творить добро, но совершенно не знают как это сделать (подробности)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Матвей, пострадавший в тульском роддоме, будет жить в Москве с новой мамой

К декабрю этого года наметились трое претендентов, в том числе многодетная мама из Тулы Наталья Сарганова и москвичка Наталья Тупякова, среди сторонников которых развернулась целая баталия в соцсетях. Страсти настолько накалились, что могли перерасти в пикет, запланированный в столице на 6 декабря (подробности)

Двое новорожденных получили сильные ожоги в тульском роддоме

Двое младенцев пострадали в результате возгорания медицинской лампы во время сеанса фототерапии. Один из малышей получил ожоги до 10 процентов тела, второй — 70 процентов тела. Новорожденные были доставлены в реанимацию Тульской детской областной клинической больницы.

ЧП произошло вечером 19 ноября в палате ГУЗ «Тульский родильный дом № 1». По факту инцидента органами прокуратуры проводится проверка. «Ход и результаты проверки находятся на личном контроле прокурора Тульской области», — сообщили в пресс-службе Генпрокуратуры.

Ранее в городскую полицию поступило заявление от женщины, которая попросила привлечь к ответственности лиц, по вине которых ее новорожденный сын получил ожоги в роддоме.

Читайте последние новости на сегодня, 10 января, и аналитические материалы Свободной Прессы в социальных сетях: Facebook, Twitter, ВКонтакте, Одноклассники, Мир тесен, а так же Telegram.

«Желтые жилеты» уже появились в российской столице

Миллиардный проект на Балтике «отбить» не получится, пока есть «труба»

Плавучий терминал по приему СПГ в Калининградской области напугал Литву не на шутку